Домой Все обо всем Как в России берегли и сохраняли нежные отношения в самые трудные времена

Как в России берегли и сохраняли нежные отношения в самые трудные времена

196
0

По статистике, количество одиноких людей в мире сегодня растет, а семьи часто распадаются. Но многие все-таки верят в любовь на всю жизнь. А как знакомились, влюблялись и строили семьи наши бабушки и дедушки, которые любили и сохраняли брак в более трудные времена? «РГ» записала истории любви людей старшего поколения.

Как в России берегли и сохраняли нежные отношения в самые трудные времена

"Пахла спелой вишней"

Любовь Брагинец: До школы я толком не знала, как зовут мою маму, потому что не слышала, чтобы отец называл ее по имени. Когда пошла в первый класс, четко сказала учительнице: папку зовут Андрей Мефодьевич, а мамку то ли Елочка, то ли Розочка. Всю жизнь отец обращался к жене, называя ее ласковыми словами, а когда умирал, держал в руках ее фотографию.

Родители познакомились в конце 1945-го. В Зернограде работала большая бригада военнопленных женщин, которые строили дорогу. 21-летний Андрей был у них как прораб. Жил в общежитии, в котором после гибели первого мужа — старшего лейтенанта Ивана Ивановича Квиткина — поселилась с тремя детьми 37-летняя Мария Квиткина.

За трудную работу Андрею выдавали полторы булки хлеба в день, а маме — 350 граммов на нее и по сто на каждого ребенка.

"Я полбулки съедал, остальное нес детям Марии. Они, как воробушки, сидели вместе и ждали меня. Делил поровну на троих. Как-то их мать сказала мне: "Не надо больше так делать, а то они тебя уже папкой называют. Не приучай детей к себе". Я посмеялся, ничего не ответил", — рассказывал отец.

"Потом Андрюша пропал, не видно его было несколько дней. Я с кумой пришла к нему в комнату, а он лежит больной, весь покрытый вшами. Страшная картина. Искупали его, белье постирали и на солнце прожарили, и я стала выхаживать отца", — вспоминала мама.

"Доченька, я в один миг ее полюбил. Зашел на общую кухню в общежитии, а там твоя мама в лучах солнца на керогазе жарит оладушки из лебеды. Такая хорошенькая…"

Пока Мария ухаживала за больным, между ними возникли близкие отношения. Вскоре они поженились.

Я у папки спросила: "Почему вы, такой красивый, старушенцию в жены выбрали?" А он мне: "Доченька, я в один миг ее полюбил. Как-то зашел на общую кухню в общежитии, а там твоя мама в лучах солнца на керогазе жарит оладушки из лебеды. Такая хорошенькая. Юбка на ней из плащ-палатки зеленая и фартук красный "да здравствует коммунизм". С одной на другую ножку перепрыгивает и поет: "Сама садик я садила, сама буду поливать". Прямо свет от нее исходит. Как увидел — ни одна женщина мне больше в глаза не встала".

Мария как жена погибшего командира получила в Зернограде участок земли. Молодожены сами построили на нем маленький саманный дом. Для этого летом налепили из глины 1007 штук кирпичей.

В Зернограде стояла военная часть, и маму пригласили на торжество на День Победы. Сначала она отказалась — неудобно было.

"У меня такой первый муж был красавец, под два метра ростом, а тут с пацаном приду на 16 лет моложе", — поделилась своими переживаниями Мария с кумой.

А та ей: "Как корабль назовешь, так и поплывет. Раз ты с ним живешь, иди".

Мама с отцом зашла в огромный зал, за столами с белыми скатертями сидели генералы, полковники. Гости замерли, слышно было, как муха летит. Мария представила мужа: "Знакомьтесь, Андрей Мефодьевич". Зал грохнул от смеха.

Тем не менее после того случая всю жизнь, а папка дожил до 92 лет, все, кто его знал, называли только Андреем Мефодьевичем.

Андрею и Марии Бог дал еще троих детей. Я родилась, когда маме исполнилось уже 45. Отец любил ее до потери пульса. Житейские трудности (у мамы долгое время одно-единственное платье было) их любви не мешали. Помню, как папка на ложках отбивал такт, а мамка пела. "Она для меня спелой вишней пахла", — мечтательно говорил отец.

Я выросла в счастливой атмосфере. И своих детей старалась растить по родительскому примеру. Моему сыну 45 лет. Когда он со своей семьей приезжает к нам в гости, у него ритуал: подойдет, понюхает мать и счастлив.

"Так мало были вместе"

Валерий Брагинец: Отец Сергей Тимофеевич женился на моей маме Марии Павловне, когда ему было 25, а ей 14. Регистрации брака тогда не существовало, он сосватал ее и привел в свой дом.

Жили в землянке на берегу реки, чтобы вода была рядом для полива огорода и скотины. А через несколько лет началась война. Отец ушел на фронт. Мать осталась одна.

Сергей прошел всю войну, с первого до последнего дня. Воевал в Витебской области, выходил из окружения под Вязьмой, участвовал в обороне Смоленска, а затем Москвы. Он был водителем, служил в роте связи. Войну закончил в Прибалтике в мае 1945-го.

А мама попала в оккупацию. Пряталась по подвалам и чердакам от немцев. О приходе наших войск узнала от немецкого солдата. Он нарисовал восход солнца со словами: "Рус будет". На рассвете в село пришли советские войска.

Мария ждала любимого мужа всю войну, а когда пришел — растерялась. В хату зашел совсем чужой человек. Даже стыдно было подойти к нему, обнять. Лишь со временем неловкость начала проходить.

Сначала родился мой брат, потом я. У отца с матерью настоящая любовь была, хоть им и редко удавалось побыть вместе. Жили в одной комнате с бабушкой, тетей и ее детьми. Брат отца погиб на фронте. Это не как сейчас — не успеют дети пожениться, а им квартира и вся обстановка на блюдечке — живите, любите! А они поживут да расходятся.

Сергей работал водителем, после войны оказался единственным мужчиной в селе. Приехав домой, и часа вместе с женой не мог провести — времени не было.

Родители прожили вместе больше полувека. Муж был для Марии единственным и неповторимым мужчиной на всю жизнь. А она для Сергея — любимая и верная жена, которая всегда его ждала.

"Отвернули от мужа"

Раиса Александрова: Я родом из Башкирии, где встретились и поженились мои родители. Отец — русский Сергей, православный, мать — башкирка Сания, мусульманка. Чтобы жениться на ней, ему пришлось ее украсть. Ему было 23, ей 18.

Односельчане очень негативно отнеслись к поступку "русского башкира", как называли отца. Башкиры не хотели, чтобы их невеста была отдана в жены человеку другой национальности. Родителям пришлось перенести осуждение людей.

Платок матери нашли на мусульманском кладбище. По башкирским обычаям это значило, что ее "отвернули" от мужа. Психологически ей с этим тяжело было справиться: днем Сания с нетерпением ждала Сергея с работы, места себе не находила. Бабушка говорила: "Все окна проглядит". А вечером, когда Сергей приходил домой, становилась холодна, как подменяли.

Так они жили какое-то время, пока мама не забеременела. Счастье родителей длилось недолго. Отец служил в НКВД, и его расстреляли.

Сания очень горевала по мужу. Потом вышла замуж за мужчину одной с ней веры, но часто отца вспоминала. Особенно по вечерам, когда вместе со мной вязала или шила. Рассказывала о нем как о своей единственной любви на всю жизнь.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь