Домой Знаменитости ЗП Александр Обласов: «Встреча с Леной меня словно обожгла»

Александр Обласов: «Встреча с Леной меня словно обожгла»

104
0

Накануне сорокалетия у актера произошли глобальные перемены в жизни. Подробности — в интервью

Александр Обласов: «Встреча с Леной меня словно обожгла»

Узнаваемость к Александру Обласову пришла уже после тридцати, поэтому звездная болезнь его миновала. Более того, он всегда готов не только к новым ролям, но и к неожиданным поворотам судьбы. накануне пандемии обрел новую семью, а также выучился работать на электропогрузчике. Подробности — в интервью журнала «Атмсфера».

— Александр, таким образом вы подстраховались?

— Разумеется. Обязательно нужно верить в лучшее, но и понимать, что и от худшего стоит оберегаться. Тем более это касается актерства: сегодня ты на коне, а завтра всеми забыт. Спасибо нашему мэру, на Госуслугах есть всевозможные образовательные программы. Это неплохой вариант в запас для тех, кто ответственен и заботится о будущем своей семьи. Лично я не боюсь никакой деятельности, чтобы прокормить своих близких. В молодости, когда не было денег и работы, трудился грузчиком. И я найду общий язык с любым работягой.

— У вас внешность абсолютно парня из соседнего двора, уверена, что в какой-­­то мере и это тоже способствует успеху…

— Возможно. Вы правы, ко мне нередко подходят с фразой: «Где-­­то я тебя видел, наверное, учились в одной школе?» Так что я, безусловно, не сноб, не гламурный персонаж, но и не деревенский, как отчего-­­то многие считают. Я никогда не жил на земле, всегда в многоквартирных домах. В столице уже двадцать лет, и за эти годы, считаю, у меня развился неплохой вкус. Я люблю все красивое: живопись, элегантную обстановку, хорошее кино — Бергмана, Трюффо, альбомы с фотографиями, с уникальными иконами… С возрастом становишься более чутким, сентиментальным, воспринимаешь некоторые вещи пронзительнее.

— В нашем мегаполисе вы уже обзавелись недвижимостью?

— Еще нет, но надеюсь, уже скоро это случится. Хочу большую квартиру с балконом, где-нибудь на окраине города, у парка. Так что, как видите, я связан заработком на московское жилье, но и в этих стесненных условиях могу себе позволить отказаться от того или иного проекта. Допустим, если он затрагивает идеологические, политические вопросы, потому как меня волнуют лишь общечеловеческие. Я стараюсь находить баланс между финансами и радостью от творчества.

— Вы родом с Дальнего Востока, где фантастическая природа. Эти края для вас до сих пор место силы?

— А как же! Меня оттуда увезли ребенком по состоянию здоровья, но я всегда с энтузиазмом возвращаюсь в знакомые места. Как и брат, который остался жить на Урале, в Березниках, работает помощником машиниста.

— В прошлом вы спортсмен, серьезно занимались легкой атлетикой, ездили на соревнования… А сейчас в вашей жизни спорт присутствует?

— С возрастом пришел к выводу, что профессиональный спорт сильно изнашивает организм, а вот регулярные походы в бассейн, например, легкие пробежки на свежем воздухе, игра в большой теннис, наоборот, поддерживают физическую форму и тонус. Сегодня у меня не всегда есть время на спорт, но наша профессия порой дает такие физические нагрузки, что их вполне достаточно.

— За довольно короткий срок у вас было столько заметных проектов — это и фильмы «Холоп», «Соври мне правду», и сериалы «Диверсант», и «Год культуры», и «Триггер», и «Ивановы-­­Ивановы», и «Лучше, чем люди». Что мы можем еще анонсировать?

— Нахожусь в ожидании выхода сериалов «Мажор−4», «Цыпленок жареный», «Напарники»… На одной из платформ вот вышел сериал «Сестры». И пока стоит замороженным полный метр про хоккей. Но верю, что возобновится.

— Слышала, что вы научились для этого кататься на коньках и вообще основательно подходите к роли: если надо, и одесский акцент осваиваете, и тренируетесь стрелять из необходимого оружия. Это все для соблюдения максимальной достоверности?

— Бесспорно. Я же перфекционист. Зато теперь могу смело выйти с сыном на каток. Однажды, как вы говорите, для меня словно некий портал открылся и закрутил в киношный водоворот. Я это связываю с тем, что дотошно подхожу к роли любой величины. Хватаюсь за предоставленный шанс и уже раскручиваю его как могу, внедряя весь свой жизненный опыт, обретенный в разных городах, как в советскую, так уже и в постсоветскую эпоху. Небанально складываю этот пазл — рисунок роли. Даже в небольшой стараюсь показать весь свой актерский диапазон, и, вероятно, это приносит свои плоды. Спасибо режиссерам, которые мне доверяют как положительных, так и отрицательных героев. Мне грех жаловаться. И свои проекты в первую очередь я благодарю не за навыки, которые они мне подарили, а за знакомство с неординарными людьми. Такими как Валентин Филиппович Родченко, моряк-­­полярник, капитан научно-­­исследовательского судна «Михаил Сомов», прототип ленты «Ледокол» Николая Хомерики. Это настолько масштабный человек! Но и среди группы — каскадеры, гримеры, костюмеры, водители — встречаются личности просто уникальные. Я никогда не отказываюсь выслушать какие-­­то их воспоминания. На этой основе образы тоже возникают.

— Ни разу не пожалели, что дважды получили актерское образование — и в театральном институте в Екатеринбурге, и в РАТИ в столице?

— Теперь, уже зная результат, нет. Тем более что чисто актерский курс у меня был на Урале, а в Москве, у Сергея Васильевича Женовача, это уже был актерско-­­режиссерский факультет. Я себя в студенчестве пробовал и в качестве постановщика, и в качестве педагога в детской студии, но потом понял, что моя сильная сторона все-таки актерство, и именно в нем я и должен себя реализовывать. Пока, по крайней мере.

— Видно, неслучайно мастер вашу интуицию еще в вузе отмечал…

— Да, я часто опираюсь на свое чутье, оно меня не подводит. Полагаю, это качество заложено не только генетически, но и с определенной профессией развивается. Кроме актеров тонко чувствуют военные разведчики. Оттачивают это мастерство с помощью специальных тренировок. У меня много знакомых в полиции, и я с удивлением узнал, что упражнения Станиславского на память, на наблюдение входят и в обучение людей в погонах. Стоит добавить, что этот бесконечный, привычный анализ порой существенно осложняет существование, ведь иногда хочется расслабиться, отключить голову и ощущать жизнь первозданно.

— К слову, в детстве вы мечтали стать военным летчиком, и теперь в вашей биографии множество ролей в форме всех мастей, так что этот гештальт, получается, закрыт?

— Совершенно верно. От офицеров царской России до всех современных работников правоохранительных органов. Даже премию «Подъем» получил за позитивный образ сотрудника полиции в сериале «Мажор».

— Семь лет вы служили в Студии театрального искусства Сергея Женовача. Возвращаться в репертуарный театр не планируете?

— Мне кажется, я с ним попрощался. Свобода для меня органичнее. А вот от качественной антрепризы не отказываюсь и сейчас играю вместе с Павлом Прилучным в спектакле «Косметика врага». Кроме того, на днях меня позвали в благотворительную постановку в Екатеринбурге, и я, естественно, откликнулся. Так что ресурсный живой контакт со зрителем у меня есть.

— У вас подрастает сын. Расскажете о нем?

— Сына назвал Юрием, в честь отца. Ему девять лет, он занимается спортом, учится в третьем классе, и, что меня радует, — ему действительно нравится процесс обучения. У него пытливый ум, он довольно смышленый, любознательный, с широким кругом общения. А какое у него чувство юмора! Мне нравится, что его волнует буквально все: от политики до спорта. Он всегда с любопытством просматривает новостную ленту, задает вопросы, и мне с ним очень интересно вести беседы. И разговариваем мы на равных. Надеюсь, он вырастет хорошим человеком. И совсем не обязательно актером. Родители, по крайней мере, никакого давления в эту сторону не оказывают. Пускай в дальнейшем сам делает свой выбор и будет нести за него ответственность.

— Не секрет, что ваш развод с его мамой произошел по причине возникновения новой любви…

— Да. С первой женой (актрисой Ольгой Озоллапиня. — Прим. авт.) мы много через что прошли вместе, она замечательная мама нашего сына, и мы с ней в хороших отношениях. Просто в период развода все воспринималось остро, болезненно, а сейчас утихло. Ольга тоже счастлива в личной жизни, так что все хорошо сложилось в итоге. Вообще, изначально я даже представить себе не мог, что способен уйти из семьи с крохотным ребенком. Но такое произошло. Встреча с Леной (актрисой Еленой Грук-­­Черновой. — Прим. авт.) на съемках сериала «Вольная грамота» меня словно обожгла. Я уже не мог жить по-­прежнему. Естественно, было страшно уходить, совесть меня грызла, но при этом внутренний голос говорил, что делаю все верно. Удивительно, что мы могли познакомиться гораздо раньше — еще в 2000 году, на конкурсе чтецов в Санкт-­Петербурге, в котором оба участвовали, но вот пересеклись позже…

— В принципе, вы разрушили шаблоны, которые говорят о том, что в тридцать восемь лет мужчина может уйти из семьи лишь к юной двадцатилетней красотке. Вы же выбрали ровесницу с ребенком-­подростком и расстались с женой, которая младше вас…

— Можно это определить судьбой, не знаю, но жизнь сама так вывела, что я встретил своего человека. Далеко не всем так везет. Дело в том, что время само расставляет свои реперные точки. Если говорить глобально, то серьезных отношений у меня в юности, например, не было — я был полностью сосредоточен на профессии. Вот сейчас смотрю на сына Лены — Яна, так ему семнадцать лет, он влюбленный, и я даже ему где-­то по-­доброму завидую. (Улыбается.) Это так красиво — школьный роман… У меня не было такого никогда. Я этот этап проскочил — с пятнадцати лет уже окунулся в актерство. Конечно, возникали какие­­то влюбленности, но они были настолько второстепенны… Я осознавал, что мне надо сначала обрести свое дело, состояться, встать на ноги и только потом создавать семью. К браку, между прочим, я всегда ответственно относился. И женился в первый раз на Ольге лишь в тридцать два года. Ну а на Лене после сорока, и это уже была совсем другая история.

— Здорово, когда вторая половина из одной с вами сферы?

— Однозначно тут ответить сложно. Сердцу ведь не прикажешь. Специализация не играет никакой роли, но я горжусь исключительно талантливой супругой. У нее превосходный вкус, она одаренная актриса, великолепная телеведущая, не говоря уже о том, что прекрасная жена и мама. Безусловно, мы с Леной не во всем похожи. У нас разные характеры, взгляды, но мне с ней всегда интересно. Жена меня как­­то собрала в бытовом плане и неизменно радует своими художествами — она на досуге увлекается интерьерной живописью и создает замечательные полотна, а также играет на цимбалах. Очень импонирует, когда человек рядом с тобой не останавливается, находится в постоянном поиске, совершенствует себя. Лена невероятно целеустремленная личность и сильная женщина. Так что в наши отношения мы уже вошли зрелыми людьми, с жизненным опытом, побывавшие в браке.

— Читала, что вы ухаживали полтора года, прямо как в юношестве…

— Со всеми традиционными атрибутами — свиданиями, цветами. Я мог зайти в цветочный магазин, выкупить там все белые розы и попросить доставить к дверям квартиры любимой. Изначально Лена мне сказала, что жить со мной без замужества не станет, поэтому я принял решение развестись, уйти поначалу в никуда и ухаживать с надеждой на взаимность. Собственно, эта ситуация могла ничем не закончиться, но я пошел на это, и, к счастью, все дошло до загса.

— У вас была очень красивая свадьба, судя по соцсетям…

— Все так и было, правда, родители и дети у нас на торжестве не присутствовали, только узкий круг друзей. Хотя руки Лены я просил у ее сына Яна, он очень волновался, но дал положительный ответ. Свадьба у нас была эффектным мероприятием, как и положено. Если в первом браке с Ольгой мы зарегистрировались на скорую руку, что называется, то с Леной уже оба были нарядные, она подобрала себе роскошное белое платье, мне — темно-­­зеленый костюм. Жена необыкновенно стильная женщина, теперь всегда помогает мне составить гардероб. Хотя я временами и сопротивляюсь. (Улыбается.) Так, от вытянутого носка обу-ви, например, упрямо отказываюсь. А так в основном прислушиваюсь.

— В одном из интервью вы сказали, что эта пандемия в какой-­­то мере даже во благо человечеству, которое погрязло в достатке и довольстве, поэтому столь жесткая встряска ему была необходима. Вы действительно так считаете?

— Знаете, меня впечатлила одна итальянская картинка: стоит девушка, модельер ее одевает, а рядом громадная гора вещей. То есть страсть к потреблению зашкаливающая. У людей буквально шкафы ломятся от шмоток, зачем-­­то приобретается по десять пар обуви. Я много поездил по миру, видел тонны пластика в Азии… Определенно, нужна была какая-­­то остановка для раздумий. Природа все сама распределяет. Это стихия. Трагедии учат еще состраданию, когда от материального переключаются на духовное. Обратите внимание, в нашем метро мало кто уступит место беременной, женщине с ребенком — все сидят в наушниках, с телефонами, а когда я был в военном Донецке, допустим, на детском кинотеатральном фестивале, то увидел у людей совсем другие глаза. Люди в экстремальных условиях гораздо более внимательны друг к другу, они проявляют свои самые лучшие качества, и эта обстановка заставляет их ценить то, что они имеют. Пандемия, согласно статистике, разрушила многие семьи. Но мы с Леной как раз поженились накануне, в 2019 году, и вынужденное затворничество проводили даже с удовольствием — смотрели кино, читали книги, а иногда выбирались на природу, жарили шашлыки.

— Расскажите о ваших совместных буднях, чем друг друга балуете…

— О, жену я не могу не баловать. С Леной невозможно не быть романтиком. Поэтому подарки покупаю регулярно, всегда у нас в вазах стоят букеты, которые я приношу. И зелени в горшках, кстати, у нас полно — Лена о них заботится. А как мы обожаем путешествовать! При любой возможности срываемся в новое место, причем часто спонтанно — оба очень подвижные в этом отношении. Не останавливают никакие преграды: недавно у нас сорвалась намеченная поездка, так мы за ночь поменяли сценарий и наутро все равно улетели. И в хозяйстве я не бесполезный — готовить научился еще в студенческом общежитии и своими руками что-­­то делать могу, я же дитя Советского Союза. Папа был мастер на все руки, я с раннего возраста за ним смотрел, автоматически запоминал. Починить трубу, поменять кран для меня не проблема.

— Любовь к художественному творчеству у вас ведь тоже от отца…

— Отец много чем занимался, но по натуре он точно был художником. Писал картины удивительные, лепил целые армии солдат, всю технику. Мы жили небогато, у меня не было игрушек, и он делал из пластилина корабли, самолеты. Когда родился Юра, я ему слепил танк, но он не был столь ювелирно точен, как у отца. Это искусство надо тренировать. Я же на досуге сажусь за синтезатор, бренчу свои три аккорда, вспоминая детские годы в духовом оркестре и музыкальную школу. В караоке не прочь попеть, а также в душе. Особенно хорошо там идет репертуар Лепса. (Улыбается.)

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь